Волшебник Казиник совершенно очаровал рижскую публику, собравшуюся в Большой гильдии, своими парадоксальными рассказами о Шумане и его жене, о Моцарте и Листе, о Яше Хейфеце и Леониде Когане, единственном в скрипичном мире, кто мог Хейфеца «переиграть».